Автор: Shenchao TechFlow США: квартал закрывается расплатой по счетам Во вторник календарь дошёл до 31 марта — это финал первого квартала 2026 года. По итогам закрытия понедельника, 30 марта, индекс S&P 500 находился на отметке 6 343, потеряв за квартал более 7% и опустившись более чем на 9% от январского пика — рынок вплотную подошёл к зоне коррекции. Nasdaq уже в коррекции, а Dow Jones официально вошёл в неё в прошлую пятницу. Впервые с начала агрессивного цикла повышения ставок ФРС в 2022 году и Dow, и Nasdaq одновременно оказались в коррекционной фазе. Хуже всех выглядел Russell 2000: закрытие на 2 414 и глубина коррекции более 12%. S&P 500 завершает уже пятую неделю подряд снижением — самая длинная серия с 2022 года. На финише квартала обычно помогает "window dressing": управляющие ребалансируют портфели, продают отстающих и докупают лидеров, чтобы витрина выглядела лучше. Но в этом квартале спорным стало само слово "лидер": росли энергетика и оборона, тогда как технологические и потребительские бумаги резко падали. В наборе "лучших" у многих менеджеров чаще оказывались нефтяные акции, а не Nvidia и Microsoft. Эта перекошенная структура проявилась и в динамике понедельника: Dow Jones прибавил 49,5 пункта (+0,11%) на поддержке Wells Fargo, JPMorgan Chase и энергетики; S&P 500 снизился на 0,39%; Nasdaq — на 0,73%, где технологический сектор снова тянул рынок вниз. Micron рухнула на 9,7% за день, подчёркивая, как конфликт постепенно изнашивает чиповый сегмент: алгоритмы повышения вычислительной эффективности у Google и неопределённость по цепочкам поставок полупроводников на фоне блокады Ормузского пролива превратили даже фаворитов AI-железа в нервный актив. Техническая картина по сектору технологий ухудшилась: 50-дневная средняя опустилась ниже 200-дневной, сформировав "крест смерти". Сектор фиксирует падение пятый месяц подряд — самая длинная серия с сентября 2002 года, после лопнувшего пузыря доткомов. Ещё одна важная цитата понедельника: председатель ФРС Джером Пауэлл на выступлении в Гарварде заявил, что политика ФРС "находится в правильном месте" и регулятор склонен "пропускать мимо" этот шок со стороны предложения. По его словам: "К моменту, когда полный эффект ужесточения денежно-кредитной политики проявится в экономике, этот нефтяной шок, вероятно, уже закончится — и дальнейшее ужесточение тогда будет неуместным". Заявление прозвучало по-голубиному, но рынок продолжил снижаться, пока нефть дорожала: WTI удерживалась выше $102,88, Brent — выше $108. Противоречие между готовностью ФРС "смотреть сквозь" шок и тем, что нефть "не смотрит сквозь", стало для рынка самым неразрешимым в конце квартала. Во вторник выходят ключевые данные и отчётность: в течение сессии опубликуют индекс потребительского доверия (март) и JOLTS по вакансиям (февраль), а после закрытия отчитается Nike — единственный значимый отчёт среди компонентов Dow в конце квартала и первый "послевоенный" осмотр финансов потребительского гиганта. Консенсус Уолл-стрит: EPS около $0,29 (примерно -46% г/г) и выручка около $11,2 млрд (примерно на уровне прошлого года). На фоне низкой базы критичным станет то, как менеджмент оценит эффект сбоев цепочек поставок во Вьетнаме и Индии из-за блокады Ормузского пролива. Отдельно рынок отметил шаг Morgan Stanley: перед закрытием квартала банк понизил глобальные акции до "neutral" и повысил долю казначейских облигаций США и кэша до "overweight". Причина сформулирована максимально сдержанно: "неопределённость по масштабу и длительности перебоев поставок нефти делает перспективы рискованных активов всё более асимметричными" — по сути, один из самых пессимистичных сигналов от крупного игрока. Нефть и золото: нефть держит высоту, золото отскакивает против тренда Нефть: $103, военная премия сохраняется WTI закрылась в понедельник на $102,88 за баррель, Brent торговалась в диапазоне около $108–$109 — оба сорта обновили промежуточные максимумы с начала иранского конфликта. Поводом стала эскалация на выходных: хуситы в Йемене нанесли ракетные удары по израильским и американским военным целям, а Иран ночью атаковал танкер, проходивший в водах Кувейта. Именно этот эпизод напрямую разогнал фьючерсы в ходе торгов понедельника. Если смотреть шире, суммарная "стоимость" войны в нефти стала ключевой историей квартала: WTI была около $57 в начале года и с тех пор выросла примерно на 80%. Экономисты отмечают, что текущее сжатие мирового предложения сопоставимо с нефтяным эмбарго ОПЕК во время арабо-израильской войны 1973 года. МЭА назвала происходящее "самым серьёзным вызовом глобальной энергетической безопасности в истории". Золото: поиск условий для нового импульса на цепочке "нефть — инфляция" В понедельник золото прибавило около 1,4%, торгуясь в районе $4 542–$4 544, отыграв от минимума $4 100. Фундаментальная картина остаётся неоднозначной: укрепление доллара на фоне роста инфляционных ожиданий давит на металл, но геополитический спрос и постоянные покупки со стороны центробанков никуда не исчезли. В марте золото упало примерно на 17% — худшее месячное снижение с 1983 года, хотя оно последовало за рекордом $5 600. По итогам квартала золото всё же осталось в плюсе и входит в число лучших крупных активов года, если вынести за скобки энергетический сектор. Крипторынок: биткоин стабилизировался после падения, но квартал разочаровал Биткоин в понедельник закрылся около $66 727 и внутри дня отскакивал к $67 747, но квартал завершил с провалом: снижение более чем на 30% от годового пика около $97 000 и статус худшего крупного класса активов в этом году. На финише квартала появился неожиданный сигнал: Strategy впервые за неделю приостановила покупки BTC, прервав 13-недельную серию непрерывного накопления — причём в самую напряжённую неделю конфликта. Это не обязательно медвежий знак, возможна операционная пауза, но тайминг выглядит показательно — сразу после заявления Bernstein о том, что "дно уже позади". Динамика BTC в I квартале отражала сложную внутреннюю логику: на старте войны он падал вместе со всеми рискованными активами, затем местами отскакивал, демонстрируя определённую "устойчивость к геополитическим шокам". Но в макросреде, где ожидания по ставкам сместились в сторону повышений, уйти от гравитации ликвидности не удалось. Совокупная капитализация крипторынка за квартал сократилась примерно на 25% — до около $2,5 трлн, а индекс Fear & Greed держался около 25 (экстремальный страх). Главным давлением стала не разовая распродажа, а затяжное ожидание ужесточения ликвидности: когда следующий шаг ФРС в восприятии рынка поменялся с "снижения ставок" на "возможные повышения", переоценка затронула все рискованные активы. Итог дня: первый квартал войны — как история запомнит эти 32 дня 31 марта 2026 года: закрытие I квартала Акции США: S&P 500 потерял более 7% за квартал, Dow и Nasdaq вошли в коррекцию; технологический сектор показал самую длинную серию месячного снижения с 2002 года — пять месяцев подряд; VIX удерживался выше 30. Почти всё квартальное падение пришлось на 32 торговых дня после совместного удара США и Израиля по Ирану 28 февраля. Нефть/золото: WTI выросла примерно с $57 до $102, то есть примерно на 80% — самый прямой канал передачи военного шока в мировую экономику. Золото откатилось от исторического максимума $5 600 к около $4 500, сохранив положительный результат за квартал, но потеряв примерно 17% в марте — худший март с 1983 года. Криптовалюты: биткоин упал более чем на 30% за квартал, став худшим крупным активом в I квартале, но отскочил от недавнего минимума около $62 800 и стабилизировался в диапазоне $66 000–$68 000. Рынок сейчас упирается в один вопрос: нажмёт ли Трамп кнопку 6 апреля? Это крайний срок, установленный Трампом, когда ему предстоит выбор — ударить по энергетической инфраструктуре Ирана или снова продлить дедлайн, если Ормузский пролив останется закрытым. Оба варианта имеют цену для рынков: первый означает нефть выше $130 и реальный риск рецессии; второй — дальнейшую эрозию переговорной репутации Трампа, из-за чего рынки начнут всерьёз закладывать сценарий затяжной блокады. Выбора пока не знает никто. Известно только одно: квартал завершён, и стоимость этих 32 дней уже вписана в графики всех классов активов.